Об авторе

Наталья Николаевна Евдокимова, в девичестве Дубина, российский писатель, поэт, сценарист и переводчик, родилась 7 декабря 1979 г. в городе Кременчуг (Украинская ССР). В детстве лето проводила с братом у бабушки в деревне. Научилась читать в три года. Среди любимых книг были трилогия А. Линдгрен о Карлсоне, «Старик Хоттабыч» Л. Лагина, «Приключения Альфонса Циттербаке» Г. Хольц-Баумерта, «Приключения Гомера Прайса» Р. Макклоски. Также среди любимых писателей она называет В. Голявкина, В. Крапивина, братьев Стругацких.
Писать начала еще в школе, но первые литературные опыты не публиковала. После окончания школы переехала в Ханты-Мансийск, где поступила в Экономический колледж, затем училась в Международном институте управления в Архангельске. По специальности не работала, так как уже в 20 лет полностью посвятила себя литературному творчеству. Первая публикация состоялась в журнале «Голос» в 2002 г.
До 2013 г. публиковала произведения под девичьей фамилией Дубина. В настоящее время живет в Санкт-Петербурге. В разное время работала в частной школе, в Детской библиотеке истории и культуры, в информационном агентстве.
Пример Александра Папченко, писавшего сценарии для киножурнала «Ералаш», вдохновил Наталью Евдокимову на то, чтобы предложить Борису Грачевскому свои работы. Подборку из 45 сюжетов заметили не сразу, но через два года началось плодотворное сотрудничество. Она написала сценарии более чем к 30 выпускам передачи.
В 2010 г. была опубликована первая книга Натальи Евдокимовой «Музыка звездного света» (оригинальное название — «Город с видом на море»). В 2013 г. вышла вторая часть этой дилогии — «Лето пахнет солью». Благодаря этому произведению она стала финалистом премии имени Сергея Михалкова, а также обладательницей премии имени Самуила Маршака.
В 2012 г. писательница стала лауреатом Международной литературной премии имени В. П. Крапивина за повесть «Конец света», которая в равной степени ориентирована на детскую и взрослую читательскую аудиторию.
Наталья Евдокимова хорошо знакома с современной подростковой культурой: увлекается аниме и компьютерными играми (около пяти лет она сама играла в многопользовательскую компьютерную игру).
Писательница с интересом следит за развитием современной детской литературы на русском языке.
Источник


О книге Натальи Евдокимовой «Здесь живут Рокки»

Удивительная книга с не менее удивительными иллюстрациями и сюжетом. Столько добра, гуманности, веселья и радости вы не увидите ни в одной сказке. Рокки — сказочные существа, живущие на воде и окружённые в своём мире такими же необыкновенными созданиями. Их жизнь состоит из приключений, путешествий и небольшой магии, которая превращает обычные вещи и явления в волшебные и загадочные.

Начинаешь читать книгу и, сам того не замечаешь, как она уже закончилась, ибо на каждой страничке море захватывающих и неожиданных приключений, новых знакомств, загадок и тайн. Секрет этой магии будет разгадан лишь теми, кто пройдёт с героями весь путь до конца.

В реальной жизни так не хватает волшебства, чудес или простой коробочки с кнопками ВКЛ./ВЫКЛ., поэтому после прочтения очень уж хочется оказаться в домике на воде, покататься на клаптике и заглянуть в гости к подземному Некке, который с удовольствием угостит своим фирменным пятисоставным травяным чаем…

Отрывок из книги

Странный, странный день, но он как нельзя лучше подходит для нашего знакомства с рокками. Уж неизвестно, как бы сложилось знакомство, открой вы книжку в какой-нибудь другой день. А сегодня-то оно пройдёт замечательно!

   Посреди большого озера, а может, реки, моря или даже океана темнели возвышения. Это были вовсе не спины гигантских рыб, как того хотелось бы рыболовам и прочим учёным. Это не были необъяснимые участки суши, как того хотелось бы путешественникам-плавателям. Это не были и диковинные растения, которым бы обрадовались гигантские рыбы-вегетарианцы. Просто это были такие дома. Они ничем не крепились к дну, но и не уплывали – лишь слегка покачивались на волнах. Некоторые дома стояли так близко, что между ними были натянуты верёвки для сушки белья. На этих верёвках висели пододеяльники, махровые полотенца, скатерти, сети и прочие нужные вещи рокков. А кто-то, помимо всего прочего, подвесил туда большие часы. Так что все в водном поселении всегда знали, который час. А именно – два часа. Потому что часы не шли уже несколько лет, но такое время всех устраивало. Два часа – время обеда! Два часа – спать пора! Хорошее было время.

   Крыши домов были укрыты камышом. А вода под домами – тёплая в любое время, даже когда шёл дождь. Это очень важно, ведь никогда не знаешь наперёд, когда тебя угораздит проснуться!

   Из домов можно было прыгать прямо в воду – из окон, из дверей, с крыш, с чего угодно. В прыжке вообще не так уж важно, откуда. Важно – куда. У многих была дверь прямо в полу, чтобы выплывать снизу, но в эту дверь было гораздо приятнее вплывать.

   Крокка всегда прыгал с пружинистой планки, прикреплённой прямо к подоконнику. Он, жмурясь, подпрыгивал и, раскинув руки в стороны, взлетал. И сегодня полетел – сначала вверх, потом вниз. После этого обычно раздавалось плюханье. Но сейчас прозвучал странный звук, будто Крокка не прыгнул в воду, а упал на что-то достаточно твёрдое. Вообще-то так и было. Крокка потёр рукой ушибленный лоб, медленно открыл глаза и буркнул: «Непредвиденные обстоятельства».

   Он поднялся на ноги и пошёл к двери. Весьма странно было ходить по воде, раньше Крокка никогда так не делал. Только вода теперь была как пол в доме, разве что попрохладнее. Ударяться головой – опасно. Может, из-за удара Крокке и приплывали в голову странные мысли. Он подумал, что мама скажет:

   – Ты нарочно упал.

   А Крокка ответит:

   – Если бы я упал нарочно, я бы сообщил тебе об этом заранее.

   Мама ничего такого не спросила. Только приложила монетку к Кроккиному лбу и усадила Крокку к себе на колени.

   – Ты видала, какие там, на улице, обстоятельства? – восхищённо спросил Крокка. – Можно выбрасывать вещи, и они не утонут.

   – Вода остановилась, – кивнула мама. – Не думаю, что это надолго.

   – Отличный день для прогулок, – сказал папа, высовываясь в окно. – На моей памяти такое в последний раз происходило никогда.

   – На моей тоже, – согласился Крокка. – Думаю, надо показать всё это Вокке. То-то он удивится.

   – Может, он смотрит из окна и видит, – предположила мама.

   – Может, он как-то неправильно видит.

   Крокка подбежал к двери, хотел сказать привычное «Я поплыл», но одумался и коротко произнёс:

   – Побежал.

   – Гляди под ноги! – непривычно посоветовала мама.

   Крокка бежал, и рядом радостно бежали другие рокки. И когда останавливались, то не останавливались, а продолжали ехать. Крокка попробовал сделать так же и еле удержал равновесие. Он быстро наловчился и, проезжая мимо катящихся рядом рокков, интересовался:

   – Куда катитесь?

   – Катимся куда глаза глядят!

   – Весёлое направление! – соглашался Крокка.

   Ему почему-то очень захотелось свистеть. Теперь Крокка разгонялся посильнее и катился, присвистывая. Так получалось ехать даже лучше, а равновесие от этого стало ещё равновеснее!

   «Это благородный свист, – решил Крокка. – Свист, облагороженный мной». Он никогда раньше не думал, что прогулка по застывшей воде может так всех порадовать. «Я вот ещё летать научусь», – мимоходом подумал он, и тут вода ожила. Послышался тот самый плюх, которого все ждали ещё утром, и дальше Крокке пришлось плыть по теплёхонькой водичке.

   – Что же я теперь покажу Вокке? – вслух расстроился Крокка. – Мокрого меня он видит каждое утро…

   Крокка так огорчился, что даже перестал плыть.

   – Что же я ему теперь покажу? – сказал он и перевернулся на спину. – Что же я ему покажу? – повторял он, от огорчения продолжая плыть дальше.

   «Не покажу, так расскажу», – обрадовался Крокка. Иногда рассказывать куда приятнее, чем показывать. Да и вообще, рассказанное часто бывает красивее и увлекательнее, чем то, что можно увидеть воочию. Однажды папа нарисовал картину, но в ней было ничего не разобрать. Потом папа рассказал, как он её рисовал и закрашивал снова. У него была отдельная история про каждую попытку, и в этих попытках встречались очень весёленькие картинки. Гораздо лучше, чем та, что получилась в конце. Слушать было весело, смотреть – бесполезно. Папа вообще любил рисовать, но лучше всего у него получались полотна, закрашенные одним цветом. Например, стены или оконные рамы. По крайней мере, мама такие картины хвалила.

   – Этому миру нужны рассказчики! – гордо крикнул Крокка.

   Тут Крокка вспомнил о шишке на лбу и обрадовался ещё больше. «Наглядное пособие», – подумал он.

   Крокка подплыл под Воккину комнату и постучался в дверь.

   – Кто там? – спросил Вокка, но это был бесполезный вопрос. Он и так знал, кто там.

   Просто Вокка волновался, ведь ему так не терпелось показать лучшему другу отличную вещицу! Когда Крокка заполз в комнату и завернулся в махровое полотенце, Вокка протянул ему коробочку.

   – Смотри, что у меня есть. Оно действует на все сто.

   Крокка взял коробочку и повертел её так и эдак, потряс над ухом. Коробочка была серого цвета, с двумя красными кнопками, и больше на ней ничего не было, внутри тоже (коробка совсем не открывалась, в ней ничего не стучало и не звякало).

   – Ух! – только и смог воскликнуть Крокка. – Никому её не показывай.

   – Почему?

   – Будешь показывать её мне.

   Маленькие рокки водрузили коробку на подоконник и по очереди понажимали сначала на одну, а потом на другую кнопку. Лёд то появлялся, то исчезал. Рокков, плывущих по воде, то подбрасывало вверх, на поверхность, то они снова булькались в воду. Хорошо, что они не видели коробочку…