Софья Ремез - журналист, сценарист, прозаик. Родилась в 1983 году в Москве. Выпускница отделения истории искусства исторического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова. Работала учителем истории и английского языка, младшим научным сотрудником в музее, фотографом, редактором глянцевого журнала об архитектуре и дизайне. Сейчас занимается связями с общественностью в архитектурной мастерской, пишет сценарии к мультфильмам и книги для детей.

О книге

Настя - лучшая подруга Гоши Куницына - переезжает на север. Не за полярный круг - на север Москвы. Но это всё равно очень далеко, когда тебе двенадцать и ты ни разу не ездил без родителей на другой конец города. Конечно, есть телефон, мессенджеры, но это не то же самое, что сидеть за одной партой и переписываться в блокноте. А главное, вдруг станет не о чем говорить?..
   Софья Ремез - журналист, сценарист и прозаик. Герой её рассказов Гоша Куницын умудряется совмещать многочисленные увлечения. Выпускает школьную газету, играет с младшим братом в футбол. И в то же время замечает, что растёт - и речь не только о рубашках и ботинках, которые становятся малы. Появляется больше свободы - а с ней и ответственности, и тут выясняется: победы не всегда приносят радость.

   — Приезжай, пожалуйста! Послезавтра сможешь? У меня в два часа вокал, а утром я свободна.

Я не мог.

По воскресеньям у меня бассейн, потом бабуля помогает мне с фортепиано и ещё занимается со мной историей искусства. Воскресенье у меня забито.

— Могу. Приеду.

Настин голос звучал так печально, что я не стал начинать рассказывать ей про свои занятия. Я решил что-нибудь придумать, как-то объяснить маме, папе, бабуле, но ничего не придумал и сказал им как есть.

— Пап, можно я послезавтра не пойду в бассейн?

— Ещё чего не хватало! У тебя же уже весь позвоночник кривой, — крикнула из комнаты мама.

— А что случилось? — поинтересовался папа.

— Ну, мне просто нужно в это время быть в другом месте.

— В каком ещё месте? — мама продолжала кричать из комнаты.

— Я обещал Насте, — тихо сказал я папе.

— Поезжай, если обещал, — папа быстро всё понял.

— Я не слышу!

Мама появилась на пороге кухни, за руку она тащила упирающегося возмущённого Серёжку.

— Я хочу какую машинку покормить! — хныкал Серёжка. Он имел в виду «какую-нибудь», но всегда забывал добавить «нибудь». Получалось забавно. Вообще, мне нравятся Серёжкины «неправильные» слова. Сначала я исправлял его и даже злился, когда он всё путал и переиначивал, а потом понял, что братец быстро исправляется, и начал скучать по всяким его смешным выражениям.

— Почему ты не зовёшь меня больше Гага? — спрашивал я его.

— Потому что ты Гоша, — отвечал братец.

А я понимал, что, кроме Серёжки, никто меня никогда Гагой звать не будет. Ведь когда у меня будут свои дети, они будут звать меня папой. И мне становилось грустно.

— Нет времени на машинки, вы сейчас с папой в садик опоздаете.

Мама тянула Серёжку на кухню, где папа уже расставил на столе шесть штук йогуртов на выбор. Серёжка любит долго выбирать из нескольких вариантов.

— Гоша, куда ты завтра собрался?

— Мам, у Насти очень печальный голос. Она попросила приехать. У неё был день рождения, а я болел. Нужно хотя бы поздравить.

— Ну хорошо, что поделаешь, — выдохнула мама. — Тебе дать денег на подарок и цветы?

— Не нужно, у меня полно в кошельке.

Про подарок и цветы я даже не подумал. Я нарисовал Насте открытку и думал, что этого хватит, но сейчас, когда мама сказала про цветы, мне стало как-то не по себе.

Во-первых, мне было страшно идти за цветами в магазин. Я не знал, какие выбрать. Во-вторых, не представлял, как довезти букет до Насти. Было как-то неловко ехать с цветами. Я решил поискать цветочный магазин рядом с Настиным домом.

Дорогу к Насте я с прошлого раза запомнил отлично. В метро пробовал читать «Алые паруса», которые задали к понедельнику, но никак не мог сосредоточиться. Перечитывал каждый абзац по два раза. Бывает так, что начинаешь читать — и как будто попадаешь внутрь книжки. И вот у меня никак не получалось провалиться в книжку — всё время думал про цветы.

Несколько раз я проверил, на месте ли кошелёк. Я никогда не возил его с собой. Кошелёк всегда лежал в ящике моего стола. Я даже не знал, сколько там денег. Деньги мне иногда дарили на дни рождения гости или бабушки — на праздники. Если честно, я не представлял, на что их потрачу. Наверное, это был первый раз в моей жизни, когда я взял с собой кошелёк.

Уже по дороге к автобусной остановке я начал искать цветочный магазин. Ничего. Как назло. Не было цветов и рядом с остановкой, и у Настиного дома, конечно, никаких цветов в помине не было.

До Настиного вокала оставалась всего пара часов. Я позвонил и сказал, что уже стою у подъезда.

Настя появилась в дверях и печально улыбнулась.

— Ты извини, что я тебя так вытащила.

— Ничего. Как ты?

— Пойдём, я тебе одно место покажу, — мы пошли рядом, не глядя друг на друга. Я думал о цветах, которые не купил. Настя — о чём-то своём.