Ксения Беленкова родилась в Москве в 1978 году.   Закончила Московский Государственный Педагогический Университет, получив специальности учитель-логопед и филолог. Работала в детском саду и школе. Писать рассказы для детей и подростков начала в тридцать, когда появился свой взгляд на мир и желание им поделиться. Это были весёлые и грустные истории о дружбе и любви, о семейных ценностях. Она считает, что пока детство живёт в каждом из нас, мы можем радоваться жизни и открывать сердца для новых чудес.

Помимо писательской деятельности, Ксения Александровна ведёт активную творческую и общественную жизнь, сотрудничает с библиотеками. Она частый гость на книжных фестивалях и выставках, где проводит литературные викторины, квесты, мастер-классы по ораторскому искусству.

О книге

Эта потрясающая детская книга о мальчишках 3 и 4 класса. О дружбе и взрослении, о переоценке ценностей, о том, как нужно иногда остаться без гаджетов, чтобы понять главное в своей жизни: как страшно обменять действительно важное на псевдо подростковые «сокровища». А еще о Фриде Кало. Да, да - несколько раз по ходу книги встречаешь упоминание об этой художнице. А еще эта история без конца. У каждого он будет свой. 

Эта ироническая история стала финалистом конкурса "Новая детская книга" в 2018 году.

Отрывок из книги

   Если бы вы знали, кем может стать однажды обыкновенный зелёный куст а кадушке! Мохнатый и разлапистый фикус Бенджамина довольно крупного телосложения. Совсем недавно его выставили на четвёртом этаже в доме по улице Академика Бочкина. Куст должен был украсить подъезд, но соседи теперь пугаются его и вздрагивают, как маленькие дети при виде застывшей в полумраке старой вешалки. Недаром говорят, что красота – это страшная сила!

   В этот удивительный и невероятный день куст дрожал от сквозняка под форточкой в холодном подъезде. Как вдруг на пятом этаже стало шумно: кто-то кричал в квартире № 26 низким женским голосом. Слова разобрать было сложно, они гудели, шипели и рычали. Но потом совсем рядом с дверью раздался отчётливый упрёк:

   - Ну и фрукт ты, Юра!

   И снова всё стихло. Женский голос затерялся в глубине квартиры, а вскоре совсем пропал. На миг подъезд успокоился, будто ничего и не было – таких семейных скандалов он слышал немало. Порой можно было подумать, что катастрофа происходит в каждом городском доме за каждой закрытой дверью – невидимая снаружи и всепоглощающая. Но тут дверь квартиры № 26 резко распахнулась, и на лестницу выскочил краснолицый мальчишка лет десяти. Он мигом захлопнул дверь за спиной и накинул рыжий бомбер, из кармана которого торчал пушистый помпон. Затем опасливо оглянулся – погони нет. В стане врага побег ещё не обнаружили, и этим надо было воспользоваться. Тут же Юра рванул вниз и, наступив правой ногой на левый шнурок, чуть не загремел по лестнице. В два прыжка через каждые три ступеньки он оказался прямо под кустом Бенджамина. И даже присел от испуга. Надо было отдышаться и прийти в себя.

   - Эй, чего уставился?

   Юра грозно замахнулся на куст, который, к слову говоря, сам никуда встать или «уставиться» не имел никакой возможности. Быстро оправившись от страха и сообразив, что разговаривает с кустом, а не многоруким зелёным великаном, Юра вскочил на ноги. Он был мальчишкой худощавым и скорее высоким: в школе на физкультуре его всегда ставили третьим по росту. Сразу после близнецов Даши и Маши, которые к четвёртому классу перемахнули коренастого физрука. Волосы у Юры были русые и кудрявые, потому он просил стричь их так коротко, чтобы никто этого не заметил. А глаза достались чёрные-чёрные, от прабабушки индианки, как говорила мама. Портрет индианки висел в коридоре, и Юра очень его боялся. Папа утверждал, что это никакая не прабабушка, а настоящая Фрида Кало. Однажды Юра погуглил и узнал, что это хромая мексиканская художница и никаких детей у неё не было. И вот  теперь, под кустом, Юра кинул на свою дверь взгляд чёрный, достойный Фриды Кало и прабабушки индианки вместе взятых. Пропажу сына в квартире до сих пор не заметили. Юра не удивился бы, если мама до сих пор ходит там, в четырёх стенах, и ругает невидимого ребёнка. Он каждый раз чувствовал себя ненужным, когда родители начинали кричать. И каждый раз представлял, что он к этому не имеет никакого отношения – это разборка не с ним, а с каким-то высшим идеалом. Юра точно не был идеалом: так какой с него спрос, если получил двойку или любит сидеть в сети, а не книжки скучные читать? Но теперь надо было поскорее, пока дома не очухаются, убираться из подъезда навстречу свободе от семейного рабства! И, не попрощавшись с фикусом, Юра смылся вниз, оставив за собой хвост гулкого топота. Но вот и след его простыл.